Вернуться обратно. Debloids.
Наши соратники и ученики.
При поддержке группы Elefant Noise.
Минуту назад на меня натянули ватные штаны и телогрейку,
сунули голову в противогаз, облили бензином и подожгли. Спизжено у REакции
«Стой
спокойно, не дергайся, считай до десяти, потом падай на спину – мы
тебя затушим»,– проинструктировал СС.
Ну вот, стою, горю, визжу,
считаю.
Очень страшно и жарко. Даже через противогаз нос
обжигает, в стеклах все оранжевое. Начинает безумно болеть шея.
Сквозь собственный визг слышу голос СС: «Кусок, б*дь!». Чувствую,
как мое тело валят на землю, прижимают чем-то тяжелым, бьют по спине
и голове. Хриплю от боли и жары. Стекла зарываются в песок.
СС
стягивает с меня противогаз и ржет. «Такой столб был, ты бы видела!
Думал так тебя здесь в песке и оставим! Прикинь, огнетушитель опять
не сработал…»
Разглядываю обожженную шею в зеркальце: видимо,
меня плохо завернули – пламя попало под капюшон. «Сволочи, – говорю,
– у меня фотосессия через неделю!» – «Да забей ты – все равно зима
скоро! Вот мне недавно так волосы на голове подожгли – несколько
месяцев мучился», – улыбается P!T.
Они называют себя
«debloids».
Ничего не значащее слово, похожее на «дебилов» и
«exploited».
Эта шайка раздолбаев заявила о себе в 2000 г., когда
эхо американского движения скейтбордистов-экстремалов, проделывающих
опасные для жизни трюки, докатилось до России. Костяк и идеологи
группы – СС (24 года), P!T (20 лет) и Орех (17 лет) – встретились на
каком-то панк-концерте в 1998 году. Когда увидели C.K.Y. – видео
Бэма Марджеры, в котором молодые парни делали странные вещи:
катались на тележках в супермаркете, разбивая головы о стойки, при
этом снимали реакцию покупателей и продавали видео на молодежный
телеканал – проперлись и решили, что могут делать то же самое, даже
лучше. Поэтому взяли видеокамеры и начали снимать нестандартное
видео, ломая стереотипы и понятия.
Вот уже пять лет деблоиды
падают с мостов, втыкают в задницу шприцы, засовывают в нее же
родимую сосиски различной длины и толщины, с*т-блюют друг-другу на
лица, выбегают голыми на главную площадь страны, ложатся под
электрички, закапываются в могилу... и все равно собираются жить
долго.
И счастливо. В 2003 году они запустили сайт
www.debloids.com, а в 2005 передача Debloids появилась на МTV-Russia
и сразу попала в пятерку самых топовых программ. Нынешней осенью
деблоиды празднуют пятилетний юбилей. Я поехала на праздничные
мероприятия.
Участником.
«Мы для тебя офигительную программу подготовили, –
встретили меня на остановке P!T и Кусок. – Если выживешь –
пропрешься не по детски».
Идем в перелесок около железнодорожных
путей. Кусок (в миру просто Миша) обнажается по пояс, Пит
баллончиками рисует мишень у него на животе, СС достает дротики,
дезинфицирует спиртом и начинает метать. Кусок орет как молодой
боров, иглы глубоко втыкаются в сало.
Подхожу потрогать – ощущаю
резкую боль в правой ягодице!
«Народ, я под колющие-режущие
предметы не подписывалась!»
«Терпи, красотка, это только
начало…»
Вытаскиваем дротики из пуза Куска, он весь в крови и
нереально счастлив.
Тру пронзенную задницу, пытаюсь вспомнить,
есть ли у меня прививка от столбняка.
«Давай, поторапливайся,
электричка через 9 минут!» – визжит в ухо СС и тащит на
станцию.
«Все нужно делать максимально быстро, чтоб машинист не
запалил. Если поймают – сначала п*ды дадут, потом ментов вызовут», –
на ходу тараторит СС.
Такие способы передвижения на общественном
транспорте трактуются УК как мелкое хулиганство. Подъезжает
электричка, на раз-два три протискиваемся между вагонами и лезем
наверх. Бабки на перроне галдят. Электричка дергается. Я лезу на
крышу, расстояние до провода около пятидесяти сантиметров. «Слышь,
шустрая, – орет СС, – быстро назад вернулась! За две секунды
головешкой станешь! На днях тут труп мальца нашли – тоже шило в
заднице было!» На следующей станции спрыгиваем. «Такая молоденькая,
а все туда же!» – охают мужики с пивом.
Выходим на трассу, через
минуту на красной «мазде» подъезжают P!T с Куском.
Двадцать минут сидим в кустах перед АЗМК, ждем, когда
свалит что-то заподозривший сторож-чурка. Хоть и воскресенье, но
заводская охрана бдит: вдруг кто песок сопрет? Забираемся внутрь. С
вершины песочной горы подтягиваемся на железных балках, лезем под
крышу завода. Мысленно благодарю себя за ежедневные
«упала-отжалась».
«Этим конструкциям уже лет сорок, прикинь, ща
лестница под нами рухнет», – восторгается СС.
Мне уже пофигу. Я –
Восставшая Из Пепла.
СС придирчиво выбирает место для прыжка. «Ты, главное,
постарайся не группироваться, а то весь кайф себе обломаешь». Минут
пять стою на ржавой балке и ною. Почему-то шагнуть с высоты 8 метров
оказалось самым сложным. «Я ща сам тебя скину! – орет СС. – Давай
уже!»
Ага.
Лечу в песочную яму.
…Вообще никаких ощущений,
как в бассейн.
«Здесь весь прикол в том, чтоб сломать, перебороть
себя. Это как яд в малых дозах, ну или наркотик – привыкаешь и
болевой порог снижается. Я вот высоты безумно боюсь, – говорит P!T,
– поэтому для меня прыгнуть откуда-нибудь – самый кайф».
Выходим
на трассу. Напяливаю ватник, ложусь на асфальт. Меня привязывают
веревкой за руки к машине.
«Ну, я до сотки разгоняться не буду, –
утешает P!T, – а то ты уже никакая».
Лежу. Отхаркиваю бензиновые
пары.
Боль – это в несколько раз преувеличенный
оргазм.
Возможно…
Кончить не успеваю – P!T газует.
Тащит по
асфальту на скорости 80 км/час, жизнь конфеткой не кажется. Сдираю
всю кожу на руках и ватник до подкладки.
Деблоиды высказывают
величайший респект: «Ты клевая телка, Рада! Такого еще ни одна баба
не делала! Давай в crew – родишь маленького деблоидика, а то вдруг с
нами что случится».
Меня обмазывают зеленкой, панк-рок бьет по
перепонкам: «…Но боль существует, чтобы проверить: насколько ты
мертв и насколько ты жив…».
Еду в метро, распространяя на весь
вагон запах бензина, жженой кожи и паленых волос. Кровь на кистях и
запястьях все никак не свертывается. Как и обещал P!T, меня прет.
Ощущаю себя удивительно живой. Серые люди с хмурыми лицами опасливо
озираются и не решаются сесть рядом. Они не ценят того, что у них
есть глаза, например, руки-ноги, член, в конце концов.
Как в
«Незнайке на Луне»: общество хочет быть не людьми, а стадом баранов.
Это реальность, которую сложно изменить. Но можно набрать в легкие
побольше воздуха и послать этот мир на три буквы. Можно нас*ть. Три
буквы создадут помехи в цивилизованном эфире, а г*но всплывет
посреди пахнущего земляникой поля розовой жизни.
Debloids не
хотят ничего никому доказывать, кроме самих себя. Они пытаются
изменить свой мир, ищут свой предел.
Боль – составляющая любого
подвига. Героям свойственно чувство боли, ощущение потери. Боль –
это не только способ доказать себе, что ты существуешь. Это способ
доказать, что ты другой, ты – герой.
На следующее утро до меня,
как до утки, что-то доходит. Оказывается уже не тот возраст, чтоб
ожоги-шрамы бесследно зарастали. «Глупая! – эсэмэсят потенциальные
мужья, – это же так эротично будет – маленький белый шрамик с
лапками скорпиона!»
А вдруг принцу не понравится?
Закрываюсь в
ванной, плачу на свое отражение в зеркале… А перед глазами лицо СС –
мы катимся в песочную яму: «..Я всю жизнь жил в этом е*чем городе
среди быдла, видел всю эту х*ню, кусался и царапался, пытался быть
против. Матери помогал чем мог, даже школу не закончил, пошел в ПТУ
после 9 класса. Два года вообще работы постоянной не было – то
грузчиком, то промоутером, то листовки у метро раздавал. Вот недавно
только в фирму курьером устроился. Моя жизнь – коричневая и сильно
воняет… Ну тебе этого не понять, ты, наверное, из благополучной
семьи, высшее образование и все такое?» Я отворачиваюсь, мне
действительно тяжело понять, но я попытаюсь. Через минуту на меня
натянут ватные штаны и телогрейку, засунут голову в противогаз,
обольют бензином и подожгут...
